label index  ▪  name index jukebox  ▪  lightbox  ▪  memberlist  ▪  help  ▪  about this site  ▪ russian

Home > Pathé Record

Featured  |  Last Comments  |  Search


100 лет «Пате» в России

Сто лет назад, в начале 1903 года в Москве открылся небольшой склад французской "Генеральной компании фонографов, синематографов и точных аппаратов братьев Пате". В те годы в России уже действовали первые иностранные и отечественные звукозаписывающие фирмы. Серьезные конкуренты ошибок не прощали, но "Братья Пате" верили в свои силы.

Наряду с модной новинкой - синематографом, - большой популярностью у состоятельных московских покупателей пользовались аппараты для записи и воспроизведения звука - фонографы. В комплект этих аппаратов обязательно входили несколько валиков, как чистых, так и уже записанных. Каталог фонографических записей постоянно обновлялся и расширялся. Там было практически все, что интересовало модную публику: записи популярных песен и арии из опер, юмористические рассказы и уроки французского языка, голоса домашних животных и даже… записи порнографического содержания!

Гран-при
Шарж "Братья"
Рекламный буклет

Очагом распространения "клубнички" был расположенный на Тверской магазин фирмы "Ново-фонографы Пате". Особую часть его торгового каталога составляли записи нецензурных куплетов, романсов и рассказов самого безнравственного содержания. Занимаясь торговлей подобной, с позволения сказать, "продукцией", приказчики фирмы тщательно конспирировались, скрывая от хозяев "особое" направление своей деятельности, приносящее немалые левые доходы. Будучи неплохими психологами, они, как бы невзначай, предлагали покупателям попробовать послушать что-то оригинальное. Когда клиент приходил за следующей записью, его ставили на особый учет. Огласки боялись обе стороны, поэтому все было шито-крыто. Неизвестно, как долго продолжалась бы эта "малина", если бы не случай.

Однажды пожилой господин, отец многочисленного семейства, желая сделать семье своей подарок к празднику, зашел в магазин "Ново-фонографы Пате" и, купив там фонограф с целой серией всяких записей, отвез свою покупку домой. Почтенный глава семейства, собрав у себя всех домашних и бывших в то время у него знакомых, решил сам продемонстрировать купленный им аппарат.

Но лишь только заведенный фонограф со вставленным в него валиком был пущен в ход, как, к ужасу демонстратора, его семьи и всех домашних, из рупора фонографа полились звуки романса самого нецензурного содержания. Демонстратор поспешил остановить фонограф, и, приказав всем слушателям удалиться из комнаты, занялся пробой других валиков. Из всей серии выбранных им записей большая часть оказалась настолько непристойного содержания, что даже видавший виды господин был потрясен услышанным.

Возмущенный покупатель поспешил в управление московской полиции, где и рассказал о своем приобретении. Немедленно прибывший в магазин начальник сыска Лебедев и несколько чиновников подвергли досмотру имевшиеся в продаже звукозаписи. Первое прослушивание сразу же выявило более 20 записей с безнравственными куплетами, романсами и рассказами, которые были немедленно отобраны.

Оказалось, что хозяин магазина Гильом Кемлер реализует такие записи в Москве с большим успехом, причем в книгах никаких записей об этом не ведет, а потому установить, кому и какие валики были проданы, не представляется для него возможным. Куплеты порнографического содержания якобы выписывались им из Парижа непосредственно от фирмы "Пате". Судя по надписям на упаковке, все они были исполнены русскими артистами, некими господами Драгомировым и Валентиновым. Дело было передано в суд, который вскоре оказался в крайне деликатной ситуации, так как ему пришлось в ходе разбирательства слушать "вещественные доказательства" в присутствии многочисленных свидетелей и журналистов. Такие вещественные доказательства демонстрировались в суде, кажется, впервые. В итоге присяжные постановили уничтожить изъятые образцы, и запретить впредь торговлю подобными фабрикатами. Однако уже через несколько дней аналогичные записи снова появились в продаже, но уже закодированные под высокохудожественные фонограммы.

Эта скандальная история наглядно показывает, как новые технологии становятся добычей предприимчивых дельцов, умело прикрывавшихся именем уважаемой компании, которая много сделала для развития и популяризации отечественной музыкальной культуры.

Успехи граммофонных компаний заставили многих производителей фонографов признать свое поражение и переключиться на новую технологию. В отличие от других фирм, занявшихся эксплуатацией патентов Э. Берлинера и Э. Джонсона, французская "Генеральная компания фонографов, синематографов и точных аппаратов братьев Пате" ("Pathefreres") пошла своим путем. Ставка была сделана на развитие идей Т. А. Эдисона применительно к дисковому носителю.

Сегодня такое решение кажется вполне логичным, "Пате" во многом предвосхитили и предугадали принципы современной записи на компакт-диск, ведь глубинная модуляция напоминает цифровое кодирование, но тогда технология развития грамзаписи двигалась в другом направлении.

Накопив значительный опыт при производстве фонографов и валиков, инженеры компании предполагали использовать его при изготовлении принципиально новой пластинки, выгодно отличающейся от дисков Берлинера. Они старались сделать пластинку с меньшим уровнем шума, чем это было в граммофоне, и с большим временем звучания, что тогда обещала технология глубинной записи. Опираясь на новые разработки, фирма надеялась получить хорошие доходы от продажи пластинок, выпускаемых большими тиражами, и новых "говорящих машин", предназначенных для их воспроизведения. Создав граммофон особой конструкции, по внешнему виду мало чем отличавшийся от обыкновенного, "Пате" назвала его в свою честь - патефоном. Такое простое и оригинальное название сразу же решило очень непростой вопрос, из-за которого велись многочисленные судебные процессы между различными компаниями, пожелавшими называть свои аппараты граммофонами - особой привилегии, охраняемой патентами Эмиля Берлинера.

Магазин братьев Пате

Интересно, что именно это название позже привилось у нас в стране, став поистине всенародным. Так стали называть все граммофоны, имеющие портативное исполнение. Безусловно, в этом терминологическом феномене не последнюю роль сыграло название фирмы, ставшей в России достаточно популярной.

Рекламируя свои диски и "говорящую машину", компания подчеркивала удивительные особенности новинки: "Пластинки Пате для патефона устраняют собой очень большое неудобство, а именно - перемену иголок. При наигрывании наших пластинок совсем не требуется иголок, так как передача звуков происходит посредством сапфира, которого менять не надо". (Дана оригинальная транскрипция рекламного объявления). Действительно, неотъемлемая деталь граммофона - игла - отсутствовала, благодаря чему шипение было значительно меньше. Сапфировый звукосниматель заканчивался шариком, соприкасающимся с пластинкой, и позволял ее проигрывать много раз, не оставляя каких-либо заметных следов и царапин. Своеобразная "вечная игла" стала тем преимуществом патефона, которое позволяло ему конкурировать с граммофоном. Для воспроизведения записанных в глубину звуков была изобретена особая диафрагма Пате, составляющая главный узел аппарата.

Граммофон

Следует отметить, что первичная запись на диски Пате, как и на других фирмах, делалась поперечной, "шрифтом Берлинера", после чего на специальном станке преобразовывалась в глубинную. Делалось это для того, чтобы исключить возможность их прослушивания на обычных граммофонах, и избавиться от широкомасштабного пиратства, называвшегося тогда "копировкой". Позднее "Пате" предлагала всем владельцам граммофонов, неудовлетворенных качеством их работы или репертуаром записей, покупать тонарм и диафрагму Пате, и таким образом преобразовывать их граммофоны в патефоны. Этот тонкий технологический и рекламный ход позволял превратить каждого владельца конкурирующего аппарата в покупателя компании "Пате". Единственной проблемой была разница в скорости вращения диска, которая для "Пате" устанавливалась в пределах 90…100 об/мин., а для граммофонных записей равнялась 78 об/мин. Это неудобство достаточно просто устранялось использованием регулятора скорости, который устанавливался на всех приличных граммофонах.

Отличались диски Пате от граммофонных пластинок не только по принципу записи, но и по внешнему виду: их диаметр в основном составлял 28 см, имена исполнителей гравировались прямо на центральной части диска и закрашивались краской. Традиционной этикеткой снабжались лишь диски "золотой серии". Еще одним существенным отличием было то, что проигрывались они не от края к центру, как обычные, а от центра к краю. (Именно так проигрываются современные компакт-диски). Собственно, с этих пластинок и началось триумфальное шествие фирмы по бескрайним российским просторам.

Русская пластинка

Гигантская страна с огромными возможностями и богатейшей музыкальной культурой привлекала французских предпринимателей. Основатели бренда Эмиль и Шарль Пате внимательно следили за развитием дела в России. Инженеры и механики компании разъезжали по всей империи и производили записи российских артистов. Восковые оригиналы отправляли во Францию, где на главной фабрике фирмы в Шато изготавливались диски, которые потом снова доставлялись в Россию. Рост продаж на шестой части суши заставил руководство "Пате" принять решение о постройке фабрики в России.

В 1907 году в Москве на Бахметьевке уже работал цех по производству грампластинок, в котором было установлено 12 прессов. Популярный в те годы журнал "Граммофонный мир" писал: "Акционерное общество Братьев Пате стало в последнее время делать в России большие обороты благодаря тому, что диски, играющие без иголок, все более прививаются и находят много поклонников. Нельзя отрицать, что в дисках Пате есть своеобразная прелесть, но вопрос о преимуществах их над граммофонными пластинками все же остается пока открытым". А пока "вопрос оставался открытым", диски Пате в 1911 году изготавливались уже на 20 прессах, способных ежедневно производить около 5000 пластинок. Фабрику, на которой трудились 300 русских рабочих, буквально каждый день забрасывали заявками.

В здании фабрики находилась и звукозаписывающая студия. По тем временам это был один из самых передовых студийных комплексов не только Москвы, но и всей России. Здесь работали звукотехники и механики высшего класса, прошедшие подготовку на головном предприятии компании во Франции. Работая на примитивной по современным меркам технике, им удалось покорить сложные в отношении акустической и механической записи инструменты. Великолепно удались записи замечательного балалаечника-виртуоза А.Т. Берлявского, известного скрипача М. Эльмана, оркестра гармонистов под управлением В.С. Варшавского, хора владимирских рожечников под управлением Николая Пахарева и многих других.

Действительно, дела компании шли неплохо, она имела свои отделения в Петербурге, Ростове-на-Дону, Варшаве, Одессе. Стремясь увеличить сбыт продукции, "Пате" в июле 1911 года выпустила на рынок пластинки по двум ценам: популярного и народного репертуара с красным этикетом по 1 р. 30 коп. и избранного репертуара с желтым этикетом по 1 р. 75 коп. Разные по стоимости диски изготавливались из одной высококачественной массы. Это нововведение нашло широкий отклик у покупателей, фабрика стала получать еще больше заказов. Решившись на такой шаг, "Пате", по сути, применила демпинг против своих важнейших конкурентов - диски "Граммофона" стоили примерно на рубль дороже. Организовав производство и сбыт своих записей в европейской части России, "Пате" устремила свой взор за Урал, где вскоре были открыты новые филиалы, развернувшие торговлю патефонами и пластинками до берегов Тихого океана.

Из отчета Акционерного Общества "Братья Пате" за 1911 год видно, что Общество в Париже имело оборот около 44 миллионов франков и закончило его с большой прибылью. Что касается оборота в России, то он, в общем, выразился в сумме 1 миллион 283 тысячи 712 рублей при чистой прибыли в 79 тысяч 713 рублей. Кроме того, в пассив отчислено очень много на амортизацию и в запасный капитал. По этому блестящему балансу можно судить какими гигантскими шагами двигалось вперед Акционерное Общество "Братья Пате".

По мере роста компании, ее оборотов и расширения персонала достоянием гласности стали факты воровства и подкупа исполнителей. В Петербурге в марте 1912 года в окружном суде слушалось дело по обвинению бывшего доверенного фирмы "Братья Пате" в растрате 11 тысяч рублей. В свое оправдание подсудимый поведал присяжным целую историю о том, что эти деньги он не растратил, а израсходовал на угощения артистов и артисток. По его словам, для того, чтобы некоторые исполнительницы соглашались петь дешевле, им приходилось подносить цветы, бенефисные подарки и даже приглашать на ужин в отдельный кабинет. Действительно, подобная статья расходов фигурировала в смете каждого граммофонного общества, и "Братья Пате" здесь не были исключением. Один из управляющих компании признался журналистам: "Иначе с этими певицами ничего нельзя сделать. Такой уж народ, помилуйте! А во время ужина, за бутылкой "Монополь Сек", очень часто удается устроить интересную запись гораздо дешевле".

Постоянное и продуманное обновление репертуара с сохранением пользующихся спросом старых номеров, ориентация на запись русских исполнителей - все это свидетельствовало, что выбором записей руководит опытная рука. Многие годы этой работой занимался директор "Пате" в России господин де Сартер - он заключал контракты с исполнителями и лично руководил записью.

Значительный интерес представлял вокальный репертуар "Пате", в нем блистали имена лучших артистов того времени. Покупателям предлагался широкий выбор пластинок с записями А. Лабинского, А. Давыдова, О. Камионского, Ю. Модестова, Л. Сибирякова, В. Касторского, Д. Бухтоярова, А. Неждановой, М. Михайловой, Н. Плевицкой, А. Вяльцевой, М. Эмской, Вари Паниной. Работал с фирмой и Леонид Собинов, в 1908 году в Петербурге он записал десять арий, среди которых каватина Князя из оперы "Русалка" Даргомыжского, романс Надира из "Искателей жемчуга" Бизе, ария Ленского из "Евгения Онегина" Чайковского. Следует отметить, что это был единственный выпуск двухсторонних пластинок певца.

По отзывам критиков, прекрасно удавались "Пате" оркестровые записи - в списках можно встретить и увертюру к "Севильскому цирюльнику" Россини, и марш из "Тангейзера" Вагнера, и кавказскую лезгинку, и американский танец "Ки-ка-пу"... Широко представлено в списках "Пате" хоровое пение: хор "Россия" под управлением Глокау и Садовникова, хор Храма Христа Спасителя, первый в России "Квартет сибирских бродяг", хор под управлением П.И. Баторина. Пластинки фирмы сохранили песни каторжан, записанные профессором В.Н. Гартевельдом.

Фирма неоднократно проявляла удивительную изобретательность. В 1912 году появилось сообщение о том, что компания начинает большую запись под названием "Золотая серия", куда войдут целые оперы "без пропусков, с хором, оркестром и полным ансамблем из лучших вокальных сил". Журнал "Граммофонная жизнь" писал тогда: "Оставляя в стороне коммерческие соображения, сопутствующие таким грандиозным начинаниям, следует отметить самый факт, как явление идейное по результатам, и глубоко отрадное в период окружающей нас мелкой спекуляции, принижающей высокое художественное значение "говорящей машины"". В 1912 году "Пате" имела большой успех на нижегородской ярмарке.

Эмблема компании "Пате"

Первая мировая война принесла много го ря и разорения, граммофонные компании понесли большие убытки, и только "Пате" почти не пострадала, поскольку успела перенести продажу дисков в Сибирь. Московская фабрика едва справлялась с заказами, практически половина ее продукции реализовывалась на бескрайних просторах всей зауральской территории. Наверное, немаловажным козырем в конкурентной борьбе был выбор репертуара, и здесь "Пате" не имела права на ошибку. Каждый новый перечень записей фирмы поражал своим разнообразием: знаменитый тенор, итальянское пение со скрипкой, цыганская певица, малороссийский хор и даже... лай собачки.

Перед нами эмблема "Генеральной компании фонографов, синематографов и точных аппаратов братьев Пате" - на фоне земного шара готовый к рекордному броску дискобол, но в его руке не метательный снаряд, а диск Пате. Это изображение символично: фирма действительно не раз ставила рекорды, и получала призы в Париже (1900), Милане (1906) и других городах мира.

В 1919 году на базе фабрики "Пате" на Бахметьевке были изготовлены первые советские грампластинки с записями речей В.И. Ленина и его соратников. Здесь применялся "шрифт Берлинера", который к тому времени победил повсюду.

Если "Пате" и ошиблась в те годы в выборе сис-темы записи, то русская культура от этого только выиграла: именно благодаря фирме "Пате" мы располагаем уникальными записями, которые дарят нам сегодня радость встреч с великими голосами прошлого.

Александр Тихонов

Статья была изначально опубликована в журале "Звукорежиссер" №1 2003 г.


About this siteTerms of UsePrivacy StatementLinksContact UsGuestbook