указатель этикеток  ▪  указатель имён муз. автомат  ▪  избранное  ▪  участники  ▪  помощь  ▪  о сайте  ▪ english

Главная > . . > Владимир Розинг > Интрепретация в искусстве пения - Часть II

Лучшие экспонаты  |  Комментарии  |  Поиск


 
 

 

на других языках English


Интрепретация в искусстве пения - Часть II

Два Гренадера

Когда певец приступает к изучению песни, он должен прежде всего визуализировать произведение от начала до конца. Он должен создать в уме своего рода кинематографическую картину каждого движения, каждой эмоции, содержащейся в этой песне. После этого ему необходимо поместить себя в эту картину, вжиться в неё, став по сути дела персонажем или персонажами этих песен, совершенно отбросив свою собственную персональность.

В данной песне нужно представить себе длинную унылую дорогу и двух измученных, больных гренадеров, бредущих по ней в своих изношенных до дыр шинелях. Затем мы видим, как они подходят к границе с Германией и узнают страшную новость о поражении своей армии, а так-же о захвате в плен их кумира – Императора. Их страдания становятся невыносимыми. Теперь вообразите себе их сидящими с опущенными головами на обочине, и один из них умирает. В этой части песни певец является только повествователем. Он вводит в курс дела. Он описывает ситуацию и доносит до понимания публики вышеизложенную картину. Затем роль меняется, и, когда песня становится диалогом между двумя гринадёрами, артист воплощает в себе двойную персональность обоих гренадёров.

Первым начинает говорить умирающий солдат. Вообразите его, как более старого из них – человека со щетинистыми бородой и усами. Его тело покрыто ранами! Почувствуйте в своём теле боль от ран и изнеможение! Осознайте, что это настал его последний момент. Его первое слово – “Брат! Моё сердце болит, а старые раны терзают меня.” Другой, более молодой солдат – возможно один из самых молодых рекрутов, более крепок здоровьем. Он отвечает: “Товарищ”. Этим словом он должен изобразить эмоцию привязанности, душевного страдания и тревоги за своего товарища. “Мне тоже следовало бы умереть, но меня дома ждут жена и дети. У них нет средств для существования.” В этот момент певец видит себя в двойном свете: молодым солдатом и его женой с детьми. Затем снова вступает старый гренадёр, и певец снова перевоплащается в пожилого человека. Он сердится на молодого: “Какое значение имеет твоя семья, когда страна в опасности и Император в плену?” После этой вспышки гнева старый солдат почувствовал, что настал его последний момент. Он просит своего товарища, что если он умрёт похоронить его тело во Франции с орденом, прикреплённом на груди, со шпагой на поясе и с оружием в руках. В этом месте, певцу нужно передать в своем голосе чувство гордости за старого солдата, его любви к армии, к Франции и к Императору, и его последнего желания быть похороненным на родной земле. Затем у него наступает последнее воодушевление перед концом. Он поёт марсельезу, и говорит, что в своём гробу он будет пребывать как часовой на службе, и, когда услышит стук лошадиных копыт, звук фанфаров и грохот пушек, то будет знать что это Император проезжает мимо его могилы с развивающимися знамёнами и возгласами о победе! “Тогда я – его верный солдат, выйду из гроба, чтобы встретить своего Императора!” Здесь певец должнен изобразить галюцинации умирающего человека. Кульминация наступает, когда в его видениях возникает Император. Затем, с последним дыханием произносятся слова: “верный солдат.”

После того, как выяснена картина и различные эмоции, содержащиеся в песне, следующим шагом необходимо настроить ум, нервные центры и мускулы для выполнения различных ролей.

Старая школа учит нас, что для того, чтобы выразить различные эмоции, нам необходимо принимать различные выражения лица и движения тела. Другими словами, они пытаются запрячь телегу впереди лошади, так как пытаются создать эмоцию при помощи мышечного сокращения, в то время, как всё совсем наоборот. Мышечное сокращение должно возникнуть постредством эмоции. Эмоция может быть достигнута при помощи интенсивного воображения, когда обсолютно стираеться собственная персональность, собственные мысли, и в мозг внедряется мысль о том, что актёр является данным персонажем, и что мысли и чувства этого персонажа являются мыслями и чувствами актёра-исполнителя. Забудьте на время, что вы являетесь тенором “А,” баритоном “Б,” или сопрано “В.” В этот момент вы становитесь умирающим солдатом, или женой казака, как в Гопаке Муссорского, или другим персонажем, присутствующим в данном произведении. Для перевоплощения в сценический образ необходимо иметь развитый интеллект. Нужно много читать, изучать жизнь и культуру разных наций, понимать разнообразные типы людей и народов. Следует изучать психологию и пытаться понять, как другие люди чувствуют; их менталитет, их эмоции. Так же необходимо научиться конторолировать свой ум, чтобы в нужный момент быть способным отбросить свою персональность и стать чем-нибудь или кем-нибудь другим.

К тому же, кроме метода воображения, способствующего интерпритерованию песен, существует другой, более научный подход. Это – прямое контролирование своей нервной системы и, посредством этого, контролирование мыщц своего тела умом. В этой статье я не смогу изложить метод, при помощи которого это могло бы быть достигнуто, так как это большая отдельная тема. Я только хочу сказать, что это возможно и результат замечательный.

Одна из наиболее невероятных вещей в жизни состоит в том, что мы не слишком хорошо знаем своё собственное тело. Мы даже и не подозреваем о той силе, которая находится в нём. Артисты, изображающие жизнь и эмоции, вряд ли когда-либо серьёзно изучали своё собственное тело. Они только изучают внешнюю форму, игнорируя основу, силу, которая управляет телом. Они не осознают возможностей функций и действий своих тел. Это – одна из главных вещей, которую артистам необходимо знать, и им нужно отрабатывать гибкость в умении использовать эту силу спонтанно. Тогда ум и воля интеллекта смогут контролировать и задействовать любой нерв или мышцу, необходимые для выражения данной эмоции. Таким образом, можно играть на своей нервной системе так-же как на пианино. Вам только нужно нажать на клавишу – и появится звук. Вам только нужно приказать определённому нерву вибрировать – и он завибрирует, и эта вибрация незамедлительно вызовет у вас эмоцию и необходимое мышечное движение.

Теперь, давайте проанализируем какие нервы и движения будут задействованы в теле при исполнении Двух Гринадёров.

В попытке изобразить картину необходимо настроить свой ум на одну волну с умами зрителей, пытаясь заставить их поверить в историю, которую они обозревают. Необходимо возбудить в их умах тот же образ, который находится в уме артиста. Как я уже говорил, каждая эмоция, которую мы ощущаем, имеет в теле соответствующее мышечное движение, которое воспроизводит форму, движение тела и окраску голоса. В начале этой песни певец является только повествователем и самим собой, отображая в звуке усталость, страдание и разочарованность двух гринадёров. С того момента, когда начинается музыка, ему необходимо иметь ментальный образ двух гринадёров, которых я ранее описывал, и с каждой строкой, которую он исполняет, у него в уме должен возникать соостветствущий образ. Певецу необходимо почувствовать сострадание и жалость по отношению к двум гринадёрам. Скажите себе самому: “Мне жалко их, несчастные люди! За что им выпало такое старадание!”. Когда вы произносите эти слова, вам необходимо их прочувствовать. Вам нужно заставить свою нервную систему реагировать на них, и в тот момент, когда это произойдёт, тело начнёт изменяться, отходить от безразличной неподвижности, и наполняться вибрацией чувства доброты и сострадания, давая мыщцам живительную эннергию и желание пойти и протянуть руку помощи, в то время как мышцы лица слегка сократятся в верх. Окраска голоса моментально наполниться теплотой, приобретёт мягкий оттенок и начнёт отображать чувство сострадания и жалости, которое было вызвано в себе при помощи воздействия на ум и нервные центры.

Для певца трудная часть песни начинается с диалога между двумя солдатами, следующим после повествования. После последних слов одного из них, в течении доли секунды, певец должен отставить свою персональность и внедрить в свой ум и тело ум и тело старого гринадёра. Когда он проиизнесёт первое слово “Брат”, публика должна почувствовать трансформацию. Естественно, трансформация является чисто внутренней, и она отражается только на мышцах, придавая им форму, отвечающую за конкретные чувства. Я не не говорю о том, что певец должен обязательно выглядеть как старый гринадёр, но его чувства станут такими же, как у гринадёра, и при помощи их он сможет передать эту картину в умы зрителей. Но для того, чтобы это чувство было совершенным и полным настолько, насколько это возможно, ум и тело певца при помощи силы его ума должны перевоплотиться в плоть, ум и тело гринадёра, со всей её скорбью и болью.

Теперь, давайте посмотрим что же произойдёт! Ощущение усталости, слабости, боли заставит коленки согнуться, так же как и корпус тела. Голова склонится к груди, мышцы лица втянутся и осунутся, как бы сжимаясь от боли, в голосе появится разбитость и слабость, наступит затруднённость в дыхании. В тот момент, когда старый гринадёр закончит предложение, певцу необходимо будет вернуться в своё нормальное состояние и сказать самому себе: “Теперь отвечает другой.” Затем, он должен начисто стереть из своего ума старого гринадёра и снова стать рассказчиком. А потом, в одно мгновение, ему необходимо перевоплотиться в молодого солдата. В своих мыслях и чувствах ему нужно выразить не только переживание за своего товарища и несчастную страну, но и жажду вернуться домой к своей семье. Его тело, хотя и полусогнутое, должно выражать больше физической силы, чем тело старого солдата. Кроме того, мышцы лица сократятся таким образом, что будут выражать отчаяние и безысходность, а движение бровей будет выражать волнение. Его голос, соответственно, зазвучит ярче и сильнее, но в то же время с оттенком тревоги и тоски.

Реакция тела, произведённая этими эмоциями, будет такой: колени и корпус тела полусогнуты, но не до такой степени, как у старого солдата. Голова, вместо того, чтобы свисать на грудь, будет наполовину повёрнута в сторону старого солдата, как если бы он глядел на своего товарища. А затем, позже, когда взор молодого солдата устремится в сторону Франции, мышцы его лица начнут сокращаться то вверх, то вниз, отображая тревогу и тоску, но выражая больше жизни и энергии, чем это было у старого гринадёра, мыщцы лица которого сокращались только вниз, как будто бы из за нехватки сил. В голосе появится соответствующая окраска. Звук будет ярче, но в то же время несколько омрачённый скорбью и тоской. Но вскоре последнее слово молодого гринадёра пропето, и певцу придётся снова перевоплотиться в старого гринадёра. Бескокойство молодого солдата по поводу своей семьи рассердило старого солдата, так как для него имеют значение только Франция, Император и его армия. Гнев придаст ему энергию – корпус тела соответственно выпрямится, а голос, переполненный гневом, снова приобретет силу. После того, как он заканчит фразу “Мой имперетор в плену,” наступит коллапс и осознание того, что подходит конец, а так-же, что он жаждет найти своё последнее прибежище на францусской земле. Ощущение ужасной слабости начнёт пронизывать тело певца. Он ощутит, что начинает терять свою жизненную силу и энергию. Ему необходимо почувствовать полный коллапс: коленки, корпус тела и голова ослабеют больше, чем когда либо. Его глаза будут наполовину прикрыты. В голосе появится слабость, хрипота и оттенки тоски, любви к Франции и гордости за свои награды и оружие, которые он хочет, чтобы были похоронены вместе с ним.

К тому моменту, когда гринадёр начнёт петь Марьсельезу, у него появятся галлюцинации – последняя попытка ума стимулировать на короткое мгновение умирающее тело, давая ему последние силы. Соответственно, тело певца совершенно выпрямится, станет практически несгибаемым, глаза широко раскроются, как бы вглядываясь в какое то видение, руки будут крепко сжаты, голос станет сильным, торжественным, победоносным до последней кульминации, которая возникнет со словами: “тебе мой Имератор из могилы”. Затем наступит коллапс. Силы начнут отступать, тело поникнет, наступит ощущение онемения, бесчувстенности и угасания существования, голос понизится до хриплого шопота. В конце, певцу нужно будет настроить свой ум на состояние пустоты, а когда последний аккорд проиграет, ему нужно будет вернутся в своё обычное состояние. Такая интерпритация, если выполнена искренне и тело откликалось на каждый сигнал в мозгу, заставит зрителей жить на сцене вместе с певцом, и воссоздаст для них полную картину, которая отпечается в их умах как фотография и останется на долгое время после окончания концерта.

Теперь разрешите вам представить песню другого рода – колыбельную Гречанинова. Вот её краткое содержание:

Спи, младенец мой прекрасный,
     Баюшки-баю.
Тихо смотрит месяц ясный
     В колыбель твою.
Стану сказывать я сказки,
     Песенку спою;
Ты ж дремли, закрывши глазки,
     Баюшки-баю.

Это произведение легко понять – его эмоция – это Любовь – защищающая родительская Любовь. Но не так то просто создать соответствующую окраску в голосе – это возможно только в том в случае, если певец способен пробудить в себе эту любовь. Давайте, вначале проанализируем сцену. Уютная детская комнатка. Вечер. Луна светит в окно, и её серебрянные лучи освещают колыбель. Родитель склонился над кроваткой, в которой лежит любимое дитя, которое на протяжении времени звучания песни засыпает. Всё существо певца должно быть охвачено обожанием этого ребёнка, желанием лелеять, целовать и защищать его. Выражение эмоций придаст его мыщцам такую форму: тело – слегка наклонено вперёд, голова будет немного повёрнута в сторону, руки приподняты, которые я всегда советую держать на уровне груди. Ладошка правой руки направлена вниз, выражая желание приголубить. Глаза наполовину прикрыты. Взгляд направлен вниз, в сторону воображаемой колыбели. Верхняя губа слегка приподнята, выражая счастливую улыбку. Это придаст голосу окраску абсолютной мягкости и нежности, который будет ласкать, любить, проникать и с последней нотой “спи” закончится так мягко, что не только не разбудит ребёнка, который в конце концов уснул, но и публика вместе с певцом почувствует эту любовь к ребёнку, и в умах зрителей отразится картина поэта, воссозданная певцом.

Теперь, давайте рассмотрим, как интерпретация будет воздействовать на зрителей, и при помощи какого естественного закона она преобразуется и проникает в их сознание. Человеческое существо получает все свои впечатления и эмоции посредстом пяти чувств – чувства слуха, зрения, осязания, вкуса и обаняния. Они передают сигналы в мозг, который их анализирует, рассматривает, делает выводы и в конце концов выносит своё суждение в зависимости от состояния ума каждого индивидума.

Естественно, что пение воздействует только на чувство слуха. Законы природы учат нас, что всё происходящее в жизни – это вибрации. Одни вибрации создают звук, другие цвет, форму, свет и т.д. Каждая мысль является вибрацией мозга, создающей эмоцию, которая, проходя через нервную систему, излучается наружу в виде волны. Человека можно сравнить с беспроводной станцией, посылающей радиоволны, и если другая беспроводная станция настроена на ту же длину волны, то сообщение будет принято и понято. Возьмём один из лучших примеров –телепатия или чтение мыслей! Это, ни что иное, как совершенная гармония двух умов, способных посылать сообщение друг другу при помощи невидимых вибраций мысли. Эти невидимые вибрации, которые один посылает другому, достигнув последнего, снова преобразуются в те-же самые мысли, слова и эмоции, которые были посланы первым.

Или возьмём к примеру загадочную силу, которую мы называем симпатия и антипатия. Когда мы встречаем человека в первый раз, то очень часто у нас возникает ощущение явной симпатии или антипатии по отношеню к данной персоне. Например, человек криминального типа может вызвать у нас отторжение. Но когда встречаются два человека криминального типа, они почувствуют друг к другу явную симпатию. Это означает, что их вибрации будут созвучны и находится в гармонии, а их умы и интеллекты при взаимодействии друг с другом, создадут ощущение симпатии или антипатии.

Как в жизни, так и в искусстве. Если вокальное исполнение певца будет окрашено искренними чувствами, являющимися прямым результатом его интеллекта, то эти вибрации проникнут в зал, поразят симпатическую нервную систему слушателей и внедрятся в их сознание посредством чувства слуха. Если умы исполнителя и слушателя будут насторены на одну волну, то слушателю понравится исполнение певца. С другой стороны, если их умы будут отличаться своими вибрациями, то слушателю певец не понравится, потому что его исполнение вызовет диссонас в чувствах первого.

Ну уберите из пения, из вокальных вибраций эмоции – и ум певца никогда не сможет достигнуть ума слушателя, никогда не сможет вызвать у него эмоциональную реакцию, и даст удовлетворение только ушам слушателя, оставив при этом абсолютную пустоту в его сердце и душе.

Но почему бы тогда не попытаться объеденить красоту звука с правдивыми, искренними эмоциями, которые способны донести до слушателя послание, заложенное в каждой песне? И тогда певческое искусство будет выполнять свою миссию в этом мире, а это и есть та цель, которую мы, певцы, должны стараться достичь.

Владимир Розинг

Впервые опубликовано в журале "Музыкальный курьер", 18 Октября 1923 года

Перевод с английского Людмила Берникова.

 


Просмотров:

16331

Рейтинг:

(0 голосов)

Добавлено:

bernikov | 20.09.2008 01:05 | Последнее редактирование:  bernikov | 15.04.2018 19:36
 
 
Автор Комментарий
AGP21
Участник
Интрепретация в искусстве пения - Часть II
Просто - спасибо за статью, интересно.
  20.09.2008 14:55
Offline Профиль пользователя Послать сообщение участнику http://forum.yar-genealogy.ru    
 
 

О сайтеУсловия использованияКонфиденциальностьСсылкиПишите намГостевая